Режиссер Сергей Женовач и художник Александр Боровский в своей сценической версии «Иванова» заметно сократили пьесу великого классика. При этом спектакль получился и ёмкий, и вполне себе чеховский.

Почти нет сомнений, что Алексей Вертков – любимый артист Сергея Женовача. В роли главного героя – Николая Алексеевича Иванова – Вертков всё время (спектакль идет без антракта 1 час 40) лежит на диване во фраке с цветком в петлице, переворачивается с боку на бок, иногда прикрывает глаза, иногда с тоской глядит на своих визитеров, мол, не приставайте! И молчит! Роль мечты. Ничего не делаешь, а со сцены не уходишь. Ничего не говоришь, а всё внимание зрителей – тебе.

Он разорен и страдает: болезнь жены, безденежье… И только его финальный монолог про то, что в двадцать лет мы все уже герои, всё можем, а к тридцати уже никуда не годимся, обнаруживает, что Иванов не проглотил язык, что он не немой. Он делает своё «программное» заявление и накладывает на себя руки. Ну а к чему разговоры? Зачем препираться? Один раз сказал и сразу сделал. Настоящий пацан.

Александр Боровский построил на сцене гостиную в доме Иванова. В центре стоит диван. Справа и слева – двери, в которые постоянно заходят и выходят действующие лица. Смертельно больная (чахотка) жена Иванова Анна, урожденная Сарра (актриса Татьяна Волкова), предлагала: «Николай, давай на сене кувыркаться!». Иванов молчит. Она снова за своё: давай разучивать дуэты, смеяться, пить наливку или проведём хоть один вечер вместе (Иванов каждый вечер уезжает к Лебедевым, где у него новая любовь – Сашенька). Предприимчивый управляющий имением Боркин (Никита Исаченков) просил у Иванова 82 рубля, ну или хотя бы рубль! (почти как в фильме Данелии: «Гони рубль, родственник! Мне Афоня рубль должен был!»). Родной дядя Иванова – старый брюзга граф Шабельский (Юрий Горин) изводит Иванова своими жалобами. Графа не слышат и не замечают. Ему так плохо, что хоть к черту в пекло, хоть крокодилу в зубы. «Четный человек» доктор Львов (Александр Суворов) уличает Иванова в бесчестных поступках. Пьяница и добряк Лебедев просит вернуть долг его жене: Иванов задолжал ей проценты по векселю. Шурочка Лебедева (Анна Саркисова) то обещает Иванову: «Ты на гору, и я на гору; ты в яму, и я в яму». То обвиняет, что он нагоняет тоску на людей!

Жизнь загнала его в угол. Оттого и мерехлюндия. Но он мужественно лежит на диване, терпит невзгоды и отвечает только глазами: «Как вы все мне надоели! Это невыносимо! Это издевательство!».

«В пьесе Иванов отвечает каждому, мы с Боровским решили, что будет интереснее, если он будет молчать, а в финале ответит и себе, и всем. Без юмора и горечи, без боли воспринимать эту историю невозможно. Только так возникает взгляд доктора Чехова» – объяснил свой замысел Сергей Женовач.

В спектакле «Чеховъ. Ивановъ. Слова, слова, слова…» только 7 действующих лиц. В пьесе Чехова их 12, если не считать гостей, лакеев, картежников и старухи неопределенной профессии. Женовач убрал со сцены «всё лишнее». При этом такое сокращение не выглядит набившим оскомину «издевательством над классикой». И даже придирчивый критик, и «честный человек» земский врач Львов не выкрикнет: «Это не Чехов!». Купюры хоть и сделаны, но вся история успевает случиться. Режиссер не только выделил центрального героя, но и поддал в его окружение гротеска. Послушаешь это окружение, и поймешь, что это не драма, а водевиль. Что эта та самая чеховская двойственность, сформулированная известной строчкой: «Замечательный день сегодня. То ли чай пойти выпить, то ли повеситься».

Режиссёр не позабыл и про чеховские ремарки. И сова кричит, и Шабельский выходит в красивой шляпе, и Боркин подкрадывается к Иванову с ружьем. Даже упомянутые Лебедевым две большие крысы, как у Гоголя (в «Ревизоре») появляются – сначала понюхали, а потом ушли.

Читайте на WWW.KP.RU: https://www.kp.ru/daily/27775.4/5238881/