Режиссер Сергей Женовач перенес действие «Мастера и Маргариты» в сумасшедший дом.

Московская «Студия театрального искусства» (СТИ) под руководством Сергея Женовача представила первую с момента получения госфинансирования премьеру. Расширившиеся материальные возможности видны сразу: спектакль «Мастер и Маргарита» по мотивам одноименного романа Михаила Булгакова впечатляет технологическим размахом.

Сцена, которая проваливается и поднимается, летающий по залу платок, подвижные фикусы и занавески, печь в шкафу, невидимый стул — все эти фокусы вполне в духе фабриканта Станиславского, питавшего слабость не только к театру, но и к инженерным новинкам. В разгар вечера, как и положено по сюжету, на счастливых зрителей сыплются долларовые купюры. Артисты уверяют: часть иностранной валюты — подлинная.

В остальном спектакль становится сеансом разоблачения черной магии. Сложная структура романа легко разрешается локацией психдиспансера, в котором Иванушка Бездомный в смирительной рубашке (Иван Янковский) встречает Мастера (Игорь Лизенгевич) — ведь только сумасшедший возьмется писать о Пилате в такое время. Пациентами лечебницы оказываются и Понтий Пилат (Дмитрий Липинский) с Иешуа (Александр Суворов): периодически они «вываливаются» на сцену, словно из психоделических видений остальных героев. 

Яркий холодный свет, как в операционной, слепит зрителей, нравы которых Воланд намерен изучить без хирургического вмешательства. В этой постановке он врач, а его сумасбродная свита — бригада санитаров в халатах и с отоларингологическими зеркалами. Как еще представить этот многослойный, известный, кажется, до последней буквы роман? 

«Мастер и Маргарита» в СТИ наследует «Запискам покойника», спектаклю 2014 года. Здесь та же фантасмагорическая структура сновидения, воспроизведенная артистами трех выпусков студии Женовача в ГИТИСе. «Голова моя, голова», — то и дело повторяется протяжный стон. Его можно приписать и Бездомному, свернувшемуся калачиком в углу, и попавшему под трамвай Берлиозу, и самому Булгакову. Между прочим, тоже врач был. Неспроста и Воланд в исполнении Алексея Верткова внешне напоминает писателя.

Голова рискует разболеться и у зрителя, вынужденного вертеть ею по сторонам, — иммерсивное шоу Воланда, описанное в романе, перекочевало и в другие сцены. Вся надежда на ловких санитаров — они хозяева этой вечеринки. Один укол успокоительного, произведенный очаровательной Геллой (Татьяна Волкова), избавит от мук и Маргариту (Евгения Громова), страдающую из-за недостатка любви, и Мастера, уничтожившего роман. А зрителям придется «мучиться» дальше: такое, как известно, не лечится.

​​​​​​​По крайней мере, можно развлечься галлюцинациями. С дьявольским задором вытворяют всяческие шалости и пакости приспешники Воланда: демонический Коровьев (Григорий Служитель), умильный кот в линзах (Вячеслав Евлантьев), шутник Азазелло (Александр Прошин). Вторит им намеренно переигрывающий, буквально раздваивающийся конферансье (Алексей и Андрей Самойловы). Сквозь развешанные на сцене выцветшие простыни и наволочки выглядывают музыканты — и психушка превращается в цирк.

Но комическая интонация затянувшегося первого действия (спектакль длится больше трех часов) после антракта сменяется серьезным подведением итогов. Выползают из охваченных адским пламенем квартиры на Садовой и ресторана «Грибоедов» потрепанные в ходе ночного кутежа «санитары» и царственная Маргарита — все получают по заслугам. Фриде достается свобода, Маргарите — Мастер, Мастеру — роман, артистам и режиссеру — бурные аплодисменты.

Источник: http://izvestia.ru/news/670490