К пробудившимся от летней спячки театрам присоединилась и “Студия театрального искусства” (“СТИ”) Сергея Женовача. На состоявшемся сборе труппы худрук объявил планы одного из самых молодых театров Москвы.

«Самое невероятное то, что это будет наш седьмой сезон!» — начал Женовач под одобрительный гул зала. Надо сказать, невероятным это кажется не только худруку и его подопечным, но и зрителям, когда-то карабкавшимся на чердак ГИТИСа, чтобы увидеть спектакль Женовача и его студентов — «Мальчики» по Достоевскому. Тогда спектакль наделал много шуму: Женовач за постановку получил «Хрустальную Турандот», а критики заговорили о новом феномене театральной Москвы. Феномен постепенно разросся до полноценного театра все с тем же ядром — режиссер и его актерский курс. Венцом стало обретение постоянного дома в помещении фабрики XIX века, превратившейся, кажется, в лучшее театральным зданием Москвы. Начало оседлого образа жизни “Студия театрального искусства” Женовача отметила, сыграв спектакль «Захудалый род», будто бы намекая на свою — весьма скромную — родословную.

В новом сезоне ничего революционного в жизни “СТИ” не предвидится, и слава Богу. Сергей Женовач намерен сохранить репертуар, насчитывающий девять работ, и играть каждый спектакль по 2–3 раза в месяц. Женовач собирается также продолжить занятия по сценической речи. В прошлом сезоне именно из этих занятий возникло поэтическое действо «Шествие» по Бродскому. Также худрук поведал о грядущих гастролях — в сентябре “СТИ” повезет три спектакля в Питер, а весной, возможно, состоится поездка в Киев. Программа украинских гастролей еще не определена, но, как сказал директор театра Геннадий Дашевский, «это будет не один спектакль». «А другой», — продолжил зал…

Но главная новость — предстоящие премьеры. Вернее, в случае со Студией Женовача — премьера. Одна. Что, однако, совсем неудивительно: СТИ никогда не гонялась за количеством. Одна премьера в сезон — гроссмейстерский максимум студии. А принцип «лучше меньше, да лучше» в отношении СТИ до сих пор срабатывал безошибочно.

Что до новой постановки, то выбор худрука заурядным никак не назовешь: «Москва–Петушки» Венечки Ерофеева — произведение для сцены нестандартное. Не потому, что поэма написана не для театра — для Женовача ставить прозу дело привычное. Из всего репертуара театра только один спектакль поставлен по драматическому произведению — «Игроки». Все остальное — повести и романы. И записные книжки Чехова, сыгранные почти не вставая из-за стола. Бессмертное творение Ерофеева худрук даже для постановки не хочет переделывать в пьесу, собираясь «опираться на поэзию произведения». «От пьес меня мутит», — признается Женовач.

Необычно другое: за последние несколько лет худрук СТИ уже приучил публику к постановкам русской и советской классики — от Достовcкого и Гоголя до Лескова и Платонова. А вот в пристрастии к классике антисоветской Женовач до сих пор замечен не был.

Впрочем, обращение Женовача к Ерофееву можно объяснить. Главный герой «Петушков» — классический недотепа, то есть тип, о котором больше всего хочется говорить Женовачу. Вот вам и ответ на наскучивший режиссеру вопрос: «Кто ваш герой?»

Реакция студийцев на весть о грядущей постановке была бурной — от вскриков к хохоту и продолжительным аплодисментам. Особенно их развеселили предположения, кто будет играть ангелов, являющихся Венечке. Как сказал Женовач, «этих ангелов все почему-то очень боятся». Какими будут небесные существа в исполнении актеров СТИ, станет ясно весной будущего года, когда состоится обещанная премьера «Петушков». Которая наверняка снова станет театральным хитом — с ангелами или без.